Галина Чванина (kazanocheka) wrote,
Галина Чванина
kazanocheka

Categories:

Мой дед не любил говорить о войне.

Автор - KROMIADI. Это цитата этого сообщения
Мой дед не любил говорить о войне.

Подробно о военном пути и наградах своего деда я узнал только из сети, попутно изрядным образом потормошив своего дядю. Прокофий Романович (мой дедушка) принципиально со мной (равно как и с остальными) этим не делился. Молчал. Через его детей я мог узнать кое-что, весьма расплывчатое.

Вот, к примеру, показывают фильм о войне. «Судьба Человека» Бондарчука старшего. Отойдет к окну и стоит. А потом может взять и вообще телевизор выключить. Молча. И уйти. Или же напротив, показывают на экране фильм «А зори здесь тихие». А дед мой начинает смеяться в голос, попутно называя режиссера, равно как и всех причастных к фильму - полными дебилами. А позже выясняется, что подобный формат (с «воюющими как мужчины девушками»), с его точки зрения просто шоу. А шоу, по его мнению, с войной не совместимо. Он своим поведением и поступками дал мне это понять еще тогда.

Иногда его звали в ту школу, в которой я учился. Это было начало 90-х - ветеранов еще было очень много. Были целые ветеранские комитеты, особенно у нас на Юге России. Но и посторонним он не рассказывал о войне. Однако ж заставляли, просили, умоляли. Одевал на себя орден и медаль и шел. И я, признаться, так и думал, что у него мало медалей. Лет до 10 не понимал, почему остальные обвешаются, а он идет «налегке». Они что ж, лучше моего деда? – думал я.

Он же тех, кто обвешивался до предела называл «телятами с бубенцами», подчеркивая, что такая «массовка» достигается преимущественно медалями юбилейными, а они не в цене. А если кто-либо из присутствующих ветеранов начинал что-то рассказывать жаждущим сенсаций детям и подросткам в духе «а я его так, а он меня так, а мы их всех… а они нас…», то мой дед, махнув рукою, вставал и уходил.

В те времена по национальностям никто не делил. Однако имея греческие и терско-казацкие корни, дед мой постоянно дружил с двумя осетинскими семьями. Как-то по темпераменту было ближе, по устоям. Мы постоянно с ними выбирались на шашлыки 1,2 и 9 мая. В наших широтах это уже лето. И, опять же, ни слова о войне. Я просил его – но было тщетно. Молчал. Мог лишь ограничиться армейскими цензурными анекдотами и веселыми историями.

Однажды, ковыряясь в его ящиках с патронами, военными кинжалами и прочими трофеями времен войны, я нашел небольшую папку бумаг с корочками от наград. Там было 4 листка к медалям «За отвагу», два к медалям «За боевые заслуги», а также два наградных листка к орденам «Красной звезды» (помимо этих листков были документы и на другие ордена, но я их так и не восстановил в памяти – даже сын деда их не помнит, так как при переезде они все затерялись). Мне тогда было 10 лет, я подошел к деду и спросил – «Дедушка, а почему только 4 медали «За отвагу», почему только две медали «За боевые заслуги», почему только два ордена «Красной звезды»? Тогда еще я не знал о том, что это и так немало. Мой вопрос расстрогал его и он заплакал, обняв меня. Просто обнял, ничего не объяснив. Но эти объятия были красноречивее любых возможных слов.

И только когда мне было 12 лет, за два года до его смерти, ощущая гнет болезни, он рассказал мне о том, как тяжело было видеть мучения боевых коллег, как жутко было наблюдать за лишениями, которые были неминуемы как для нашего тыла, так и для немецкого – когда советская армия, уничтожая фашизм, в том числе «отыгрывалась» на слабых и беззащитных. Все это он не смог молча взять и прожевать, оправдывая героизмом или же «естественностью» военного положения. Для него это все до самых последних минут жизни было неестественным. Потому, взвесив лишения и тяготы всех тех, кто попал в эту кровавую бойню, он желал молчать, осознавая память всех невинных жертв.

Мой дорогой дедушка Прокофий Романович умер в 1999 году, когда мне было 14 лет. Но за те его годы, которые я застал, он смог вложить в меня несоизмеримо большое… Настолько, что всю жизнь мне это предстоит еще вспоминать!

Ты был мне больше, чем отец. Покойся с миром, дорогой мой Человек!

--------------------------------------------

После войны мой дедушка работал строителем, прорабом, после – чиновником в строительной сфере. Кроме того, активно занимался виноделием (потомственно) и бортничеством, в конце 80-х и в 90-х имел свои точки на рынках города.

Из данных, полученных от его сына и архивов, мой дед служил сержантом в 94-й гвардейской стрелковой Звенигородско-Берлинской ордена Суворова дивизии. Состоял на должности писаря и командира радиоотделения взвода артиллерии дивизии.

Судя по найденным и опубликованным документам, он получил 4 медали «За отвагу», 2 медали «За боевые заслуги», 2 ордена Красной звезды и 1 орден Славы III степени» (помимо прочих наград).

888913_rass_tung (700x431, 121Kb)

Серия сообщений "Родительский день":

Серия сообщений "Бессмертный полк":

Серия сообщений "День Победы":

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments