Галина Чванина (kazanocheka) wrote,
Галина Чванина
kazanocheka

Categories:

«С рукою простертой летишь на коне»

Автор - Liudmila5591. Это цитата этого сообщения
«С рукою простертой летишь на коне»

235 лет Медному всаднику

петр 11 (688x392, 135Kb)


18 августа 1782 года,в день 100-летия вступления Петра I на русский престол, на Сенатской площади Петербурга состоялось торжественное открытие памятника.
На церемонии присутствовал весь цвет столичного общества во главе с самой императрицей.
Надпись на постаменте «Петру Первому Екатерина Вторая» подчеркивал замысел государыни – установить линию преемственности между реформами своего великого предшественника и собственной деятельностью.
Под именем «Медного всадника» его обессмертил в своей поэме Александр Сергеевич Пушкин.

петр 11 (688x392, 135Kb)


Для работы был приглашен французский скульптор Этьен Фальконе, работавший в то время на фарфоровом заводе. Его кандидатуру предложил императрице Дени Дидро. «В нем бездна тонкого вкуса, ума и деликатности, и вместе с тем он неотесан, суров, ни во что не верит. Корысти не знает», – писал философ о Фальконе. Получив приглашение, скульптор сразу же согласился, он всегда мечтал о монументальном искусстве.

Фальконе решил представить Петра I как «созидателя, законодателя и благодетеля своей страны». «Мой царь не держит никакого жезла, он простирает свою благодетельную десницу над объезжаемой им страной. Он поднимается наверх скалы, служащей ему пьедесталом, – это эмблема побежденных им трудностей».

Чтобы создать точную модель скульптор велел построить площадку с тем же наклоном, который должен был иметь постамент. Фальконе делал зарисовки, глядя, как гвардейский офицер взлетал на лошади на помост и ставил ее на дыбы. Голову Петра I вылепила ученица Фальконе Мари-Анн Колло. Скульптор трижды брался за эту работу, но каждый раз Екатерина II браковала ее. В результате Мари предложила свой эскиз, который и был утвержден императрицей. За эту работу девушку приняли в члены Российской Академии художеств, Екатерина II назначила ей пожизненную пенсию в 10 000 ливров. Змею под ногами коня – символ злых сил и победы Петра I над противниками его реформ, а также являющуюся третьей точкой опоры скакуна – выполнил русский скульптор Федор Гордеев.

Поиском камня-монолита Академия художеств занялась, когда еще не была готова модель памятника. Говоря современным языком, был объявлен конкурс на поиск камня для постамента, газета «Санкт-Петербургские ведомости» напечатала объявление. Камень был найден в двенадцати верстах от Санкт-Петербурга крестьянином Семеном Григорьевичем Вишняковым. За эту находку его наградили премией в 100 рублей. Гранитная скала, разбитая ударом молнии, была названа «Гром-камень». Она больше чем на 4 м ушла в землю и вся была покрыта мхом. Монолит весил около 1600 тонн. Транспортировка камня заняла около полугода, сначала его на специальной платформе всю зиму волокли до Финского залива, а затем переправляли на судне.

Гигантский «Гром-камень» при огромном стечении народа прибыл в Петербург на Сенатскую площадь 26 сентября 1770 года. В то время это был пустырь, еще не было ни здания Сената, ни Исаакиевского собора. Начиная с 1775 года велись работы по отливке памятника. Этьену Фальконе не удалось завершить монумент самому, довершили дело Ю.М. Фельтон и Ф.Г. Гордеев.

portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Алексей Мельников.
Открытие памятника Петру I на Сенатской площади в Санкт-Петербурге.
Гравюра 1782 года




Первое стихотворение о памятнике было написано спустя год после его открытия, и с тех пор монументальный образ появляется в литературе. Вспоминаем «медного Петра» и его воплощения в русской поэзии.

ЕРМИЛ КОСТРОВ И «ПОЛУБОГ» НА КАМЕННОЙ ТВЕРДЫНЕ

Кто сей, превознесен на каменной твердыне,
Седящий на коне, простерший длань к пучине,
Претящ до облаков крутым волнам скакать
И вихрям бурным понт дыханьем колебать? —
То Петр. Его умом Россия обновленна,
И громких дел его исполненна вселенна.
Он, видя чресл своих предзнаменитый плод,
Соплещет радостно с превыспренних высот.
И медь, что вид его на бреге представляет,
Чувствительной себя к веселию являет;
И гордый конь его, подъемля легкость ног,
Желает, чтоб на нем седящий полубог
Порфирородную летел лобзать девицу,
Поздравить россам вновь востекшую денницу.

Из стихотворения «Эклога. Три грации. На день рождения Ея Высочества Великия Княжны Александры Павловны», 1783

portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Сенатская (Петровская) площадь и памятник Петру I.
Б. Патерсен. 1799 г


Ермил Костров — русский поэт XVIII века. По воспоминаниям Александра Пушкина, он служил стихотворцем при Московском университете: писал официальные стихотворения по торжественным случаям. Ермил Костров первым в России перевел шедевры античной литературы — «Илиаду» Гомера и «Золотого осла» Апулея.

«Эклога. Три грации. На день рождения Ея Высочества Великия Княжны Александры Павловны» Костров написал, когда у Павла I родилась старшая дочь Александра. Стихотворение, созданное в античных традициях, построено как беседа трех граций (богинь красоты и радости): Евфросины, Талии и Аглаи. О памятнике Петру I и самом царе в эклоге говорит Аглая. С произведения Кострова началась литературная традиция изображать медного Петра как покровителя города, способного уберечь его от бед. Образ «гордого коня» из эклоги позже появится в «Медном всаднике» Александра Пушкина.



АЛЕКСАНДР ПУШКИН И МЕДНЫЙ ВСАДНИК

Медный всадник
На берегу пустынных волн
Стоял он, дум великих полн,
И вдаль глядел. Пред ним широко
Река неслася; бедный челн
По ней стремился одиноко.
По мшистым, топким берегам
Чернели избы здесь и там,
Приют убогого чухонца;
И лес, неведомый лучам
В тумане спрятанного солнца,
Кругом шумел.
И думал он:
Отсель грозить мы будем шведу,
Здесь будет город заложен
На зло надменному соседу.
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,
Ногою твердой стать при море.
<…>
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.

1833



portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Александр Бенуа.
Медный всадник. 1903


Некоторые исследователи считают автором метафоры «медный всадник» поэта-декабриста Александра Одоевского. В его стихотворении «Сен-Бернар» 1831 года есть такая строка: «В полночной мгле, в снегах, есть конь и всадник медной». Однако устойчивым это выражение стало после выхода одноименной пушкинской поэмы. Произведение о Евгении, потерявшем после наводнения 1824 года свою возлюбленную, поэт написал во время Болдинской осени 1833 года. В 1834 году вышла лишь ее первая часть — с цензурными правками Николая I. А целиком поэма была опубликована только спустя три года, уже после смерти Александра Пушкина. Для печати в «Современнике» текст подготовил Василий Жуковский.

«Пушкин является в той же мере творцом образа Петербурга, как Петр Великий — строителем самого города».
Николай Анциферов, советский историк и культуролог

На сюжет «Медного всадника» композитор Рейнгольд Глиэр написал балет. Его фрагмент — «Гимн Великому городу» — стал гимном Санкт-Петербурга.(см.ниже)



ВАЛЕРИЙ БРЮСОВ.
«С РУКОЮ ПРОСТЕРТОЙ ЛЕТИШЬ НА КОНЕ»

К Медному всаднику
В морозном тумане белеет Исакий.
На глыбе оснеженной высится Петр.
И люди проходят в дневном полумраке,
Как будто пред ним выступая
на смотр.
Ты так же стоял здесь, обрызган
и в пене,
Над темной равниной взмутившихся волн;
И тщетно грозил тебе бедный
Евгений,
Охвачен безумием, яростью полн.
Стоял ты, когда между криков и гула
Покинутой рати ложились тела,
Чья кровь на снегах продымилась, блеснула
И полюс земной растопить не могла!
Сменяясь, шумели вокруг поколенья,
Вставали дома, как посевы твои...
Твой конь попирал с беспощадностью звенья
Бессильно под ним изогнутой змеи.
Но северный город — как призрак туманный,
Мы, люди, проходим, как тени во сне.
Лишь ты сквозь века, неизменный, венчанный,
С рукою простертой летишь на коне.

1906



Александр Беггров.
Медный всадник. XIX век


Валерий Брюсов одним из первых в русской литературе начал писать стихотворения на урбанистические сюжеты. В начале ХХ века облик обеих столиц менялся: на смену классической архитектуре и барокко пришли модерн и псевдорусский стиль. Вырастали новые жилые кварталы, вокруг городов появлялись заводы и фабрики. Валерий Брюсов писал об этих переменах как о приметах времени в городской культуре Петербурга.

В январе 1906 года поэт написал стихотворение «К Медному всаднику». Памятник Петру у Брюсова — единственное, что остается неизменным в Северной столице. Здесь случаются природные бедствия (вторая строфа — аллегория на поэму Пушкина), происходят перевороты (строки о «покинутой рати» — напоминание о неудавшемся восстании декабристов) и сменяются поколения. Однако Медный всадник остается ядром Петербурга, вокруг которого вырастает новый город.

Стихотворение «К Медному всаднику» вошло в цикл стихов-приветствий вместе с другими «архитектурными» произведениями: «Карл XII. Памятник в Стокгольме», «К собору Кемпэра», «Опять в Венеции». Они были опубликованы в сборнике «Все напевы» в 1909 году.



АННА АХМАТОВА И «НЕДОВОЛЬНЫЙ ГОСУДАРЬ»

I
Вновь Исакий в облаченьи
Из литого серебра.
Стынет в грозном нетерпеньи
Конь Великого Петра.
Ветер душный и суровый
С черных труб сметает гарь...
Ах! своей столицей новой
Недоволен государь.
II
Сердце бьется ровно, мерно,
Что мне долгие года!
Ведь под аркой на Галерной
Наши тени навсегда.
Сквозь опущенные веки
Вижу, вижу, ты со мной,

И в руке твоей навеки
Нераскрытый веер мой.
Оттого, что стали рядом
Мы в блаженный миг чудес,
В миг, когда над Летним садом
Месяц розовый воскрес, —
Мне не надо ожиданий
У постылого окна
И томительных свиданий.
Вся любовь утолена,
Ты свободен, я свободна,
Завтра лучше, чем вчера, —
Над Невою темноводной,
Под улыбкою холодной
Императора Петра.

1913

portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Семен Гесин.
Медный всадник. XX век


Детские годы Анны Ахматовой прошли в Павловске и Царском Селе. В ее ранней лирике присутствовал образ пушкинского Петербурга. Поэтесса вспоминала: «Мои первые воспоминания — царскосельские: зеленое, сырое великолепие парков, выгон, куда меня водила няня, ипподром, где скакали маленькие пестрые лошадки, старый вокзал и нечто другое, что вошло впоследствии в «Царскосельскую оду».

«Стихи о Петербурге» Анна Ахматова написала в 1913 году. Медный всадник для нее — граница, у которой встретились строгая имперская столица ее детства и молодой фабричный город. Он становится свидетелем волнительных эпизодов в жизни петербуржцев. О тесной, порой мистической, взаимосвязи города и судеб его жителей Ахматова писала во многих стихотворениях о Петербурге.

«У Анны Ахматовой Петербург, как и у Блока, выступает в глубине поэтического образа, чаще всего как проникновенный свидетель поэм любви. Петербург как фон, на котором скользят тени любящих».
Николай Анциферов, советский историк и культуролог



ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ.
«МЕДНЫЙ ВСАДНИК И ГРАНИТ»

...Дев полуночных отвага
И безумных звезд разбег,
Да привяжется бродяга,
Вымогая на ночлег.
Кто, скажите, мне сознанье
Виноградом замутит,
Если явь — Петра созданье,
Медный Всадник и гранит?
Слышу с крепости сигналы,
Замечаю, как тепло.
Выстрел пушечный в подвалы,
Вероятно, донесло.
И гораздо глубже бреда
Воспаленной головы —
Звезды, трезвая беседа,
Ветер западный с Невы.

1913

portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Василий Суриков. Вид памятника Петру I на Сенатской площади в Петербурге. 1870


Стихотворение Осипа Мандельштама, написанное в 1913 году, в первой публикации называлось «В душном баре иностранец…». Оно было напечатано в сборнике «Камень», куда вошли произведения о многих городах России и Европы.

Стихотворение начиналось со строфы:
В душном баре иностранец,
Я нередко, в час глухой,
Уходя от тусклых пьяниц,
Становлюсь самим собой.


В следующих публикациях поэт отказался от этого четверостишия, а произведение стало называться по новой первой строке — «Дев полуночных отвага…». Некоторые исследователи считали первую строфу аллегорией на «Незнакомку» Блока с ее «духами и туманами», а отказ от строфы — уходом Мандельштама от эстетики символизма. Годом ранее поэт вошел в группу акмеистов после знакомства с Анной Ахматовой и Николаем Гумилевым.

С именем Осипа Мандельштама в Петербурге связывают около 15 петербургских адресов: это квартиры, в которых в разное время проживал поэт. Многие его произведения созданы в жанре городской лирики. Об архитектуре Петербурга поэт писал как о рукотворной пятой стихии: «Нам четырех стихий приязненно господство, / Но создал пятую свободный человек» («Адмиралтейство»).

portfolio-img37 (700x525, 78Kb)
Памятник Петру Великому.
Фото нач. XX в.




Внимание Рейнгольда Морицевича Глиэра привлекло одно из самых сложных, самых потрясающих созданий Пушкина — поэма «Медный всадник». Композитор не только вчитывался в пушкинские строки, стараясь постичь музыку пушкинского стиха, но и внимательно знакомился с исследованиями пушкинистов. «Высокая идея, музыкальный язык прекрасной поэмы Пушкина не могли не захватить меня», — вспоминал он. Судя по черновым наброскам (а их в архиве композитора несколько папок), работать над воплощением в музыке образов поэмы Глиэр начал до войны, еще не имея либретто. В 1941 году Петр Федорович Аболимов закончил писать сценарную основу балета «Медный всадник». 18 июня он прочитал либретто балетной труппе Ленинградского театра имени С. М. Кирова. Оно было одобрено, но... через три дня началась Великая Отечественная война. Театр вскоре был эвакуирован на Урал. Творческие планы кировцев и планы Глиэра в соответствии с обстановкой сильно изменились.

Правда, написав торжественно-героическую увертюру «Победа», Рейнгольд Морицевич на какое - то время дал свободу не оставлявшим его мыслям о «Медном всаднике» и осенью 1944 года в порыве вдохновения сочинил почти весь тематический материал будущего произведения. Однако продолжить работу не смог — у него не было ни либретто, ни сценарной разработки. Пришлось нотные листы сложить и спрятать — до лучших времен.

Лишь в 1946 году Рейнгольд Морицевич получил от Ленинградского театра оперы и балета окончательно отделанное либретто Аболимова и официальное предложение написать музыку. Это его очень обрадовало, ибо отвечало его давнишним побуждениям. А то, что предложение исходило от ленинградцев — больших патриотов своего города, приятно было вдвойне, — «Медный всадник», конечно же, прежде всего повествование о городе на Неве и его великом основателе.

Обращение Глиэра к Пушкину, этому неиссякаемому источнику вдохновения, помогло уже немолодому композитору подняться на новую высоту.
Балет «Медный Всадник» — вершина творчества Глиэра.
Это лучший «пушкинский» балет, когда-либо созданный.

Сюита No 1 из балета «Медный Всадник», соч. 89а



01. Вступление («На берегу пустынных волн») - На Сенатской площади - Танец на площади
02. Евгений - Параша - Лирическая сцена
03. Танцевальная сцена

Сюита No 2 из балета «Медный Всадник», соч. 89б



04. Гадание. - Хоровод
05. Свидание
06. Вальс
07. Предчувствие (Начало бури)
08. Гимн Великому городу



portfolio-img37 (700x525, 78Kb)

О мощный властелин судьбы!
Не так ли ты над самой бездной
На высоте, уздой железной
Россию поднял на дыбы?

Александр Пушкин




http://www.jandro.ws/obrashhenie-gliera-k-pushkinu/
https://www.culture.ru/materials/129765/5-mednih-vsadnikov



Серия сообщений "Скульптура":





Серия сообщений "Историческая живопись":



Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments