Галина Чванина (kazanocheka) wrote,
Галина Чванина
kazanocheka

Плач по чужим детям

Автор - Liudmila5591. Это цитата этого сообщения
Плач по чужим детям

25 декабря 2016 года....сегодня 40 день...

Последний день на земле у них сегодня...
...именно сороковой день имеет особенное значение: для верующих это тот рубеж, который окончательно отделяет земную жизнь от жизни вечной. Поэтому 40 дней после смерти с религиозной точки зрения дата даже более трагическая, чем сам факт физической кончины.



Что за навязчивое видение? – несет течение скрипки, гитары, флейты в открытое море, заливает пеной, качает на волнах. Глухо стукаются немые инструменты, линяют от морской соли, теряют на солнце свой благородный блеск, забывают руки, губы, колени – закрылись те глазки, замерли те ручки, застыли коленочки. Их больше нет. Забрала вода. Утащило море.

Они все умерли. Все умерли.

Который день плачет мама: «Как же жалко доктора Лизаньку, она такая славная!»

Разбился самолёт – мало ли их разбивалось?

Погибли люди – но ведь я не был с ними знаком.

Отчего же так грустно? Почему не хочется разговаривать, спорить, делиться. Вот что – молчать хочется. Глубоко и основательно помолчать.

Часто хожу мимо этого дома. Там хоронили весной. И всегда одна и та же мысль: «Умерла Леночка. Все умерли». Почему все? Отчего этот неотвязный помысел? Так всегда бывает, когда теряешь человека, не подозревая, чем он был для тебя, как много места занимал в твоей жизни. И ничего этого больше нет. Всё это умерло безвозвратно. И ничего не вернётся – так много он унёс с собой.

Музыканты – это дети, дети однажды и навсегда. Смерть музыканта – гибель ребёнка.

Оттого так грустно.
Больше двадцати лет я управлял хором.
Как это здорово – окунаться в музыку с головой!

Музыкант – философ-практик, онтология для него – под руками, метафизика – он слышит её, он перемигивается с идеями, знает их наощупь, шум бытия покоряется ему. Надо навсегда остаться ребёнком, иначе музыка бросит с тобой водиться. Потому музыканты и не взрослеют по-настоящему.Музыка бережёт в человеке ребёнка, навсегда оставляет в детстве. Обидеть музыканта – обидеть малыша. Потерять музыканта – потерять ребёнка.

И они все умерли. Чужие дети. Дети навсегда.

Как же в старину люди умели плакать! И не стыдились! Святое дело – священный плач. В стихирах Великой Субботы, когда погребают Христа, помню, мы всегда пели «Плач, священный плач». Отчего он священный? Это ведь так некрасиво, когда кто-то плачет, льёт слёзы, утирается платком. Не умеем плакать. Разучились. Окаменели. Ищем утешения, терапии, объяснений. И ничего не работает. Философы, богословы, психологи – вы придёте потом, сейчас просто молчите. Уступите место плакальщицам, а лучше сами причитайте вместе с ними. Не стесняйтесь. Это священный плач.

Митрополит Иларион (Алфеев).
Страсти по Матфею.
Часть 1. Хор «Плач священный приидите, воспоим Христу»



Надо просто отвыть, откричать свою боль, выть во всю грудь, всем существом и составом. Нет никакого утешения! Смерть не отдаст своего! Так устроен мир, разве вы не знали? Потому – не стыдись плача, научись причитаниям и воплям.

Причитала Ахматова по чужому ребёнку, потому что так бывает только с детьми – нет чужих детей:
Твоего я не слышала стона.
Хлеба ты у меня не просил
Принеси же мне веточку клёна
Или просто травинок зелёных,
Как ты прошлой весной приносил.
Принеси же мне горсточку чистой,
Нашей невской студеной воды,
И с головки твоей золотистой
Я кровавые смою следы.


И плывут сиротки-скрипки в своих обгоревших футлярах, как в гробах. Мёртвые скрипки. Оглохшие флейты. Прибьёт к берегу, чужому, холодному, – что ты с ней сделаешь? – подбери покойницу, отдай ей последний долг, верни земле. И увидит ли она день воскресения? Пробудится ли труба от звука той последней трубы архангела?
И будет: встанет, обязательно подымется, отряхнёт могильный сон тот, кого забрало море, и вспомнят его молодые руки, его живые губы, его крепкие колени о той, что умирала вместе с ним, и эта память – память рук, память губ, память колен воскресит онемевшую скрипку, подымет из праха истлевшую флейту, и как же живо, как радостно запоёт гитара, и заблестит озорной тромбон, и во весь свой молодой и детски неукротимый голос запоют наши ребята, улыбнётся доктор Лиза, и мои глаза, не глаза другого увидят это пробуждение в том мире, где не будет чужих.

Архимандрит Савва (Мажуко)



Запомним их такими: здесь имена и фотографии погибших в авиакатастрофе




Концерт памяти погибших в авиакатастрофе ТУ-154 над Черным морем в Мариинском театре 2 февраля 2017года





Звучат произведения Валерия Халилова.

В ПРОГРАММЕ:
Фанфарный марш «Кадетъ»
«Весенняя увертюра»
Концертная пьеса для группы кларнетов (концертмейстер – Николай Богданов)
Вальс «Бегония»
Морской марш «Рында» (посвящен подводнику, капитану первого ранга Борису Григорьеву)
«Не суждено» (на стихи И. Пугачёва)
«Лепестки жасмина» (на стихи А. Савицкого)
Марш «Генерал Милорадович»
«Служу Отечеству» (на стихи А. Савицкого)
«Адажио»
Марш «Молодёжный»
«И удача придёт…» (на стихи А. Савицкого)
«Любить всю жизнь» (на стихи А. Савицкого)
«Армия и Флот» (на стихи И. Резника)

ИСПОЛНИТЕЛИ:
Солисты:
Мила Шкиртиль (меццо-сопрано)
Антон Петряев (баритон)
Дмитрий Карпов (тенор)
Михаил Луконин (баритон)
Артемий Гудков (дискант)

Адмиралтейский оркестр Ленинградской военно-морской базы
Художественный руководитель – капитан-лейтенант Валентин Лященко

Концертный хор Санкт-Петербурга
Художественный руководитель – Владимир Беглецов

Женский хор Санкт-Петербургского музыкального колледжа имени Н.А. Римского-Корсакова
Художественный руководитель – Сергей Екимов

Дирижеры: Валентин Лященко, Алексей Карабанов
Ведущий концерта – контр-адмирал Всеволод Хмыров

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments