Галина Чванина (kazanocheka) wrote,
Галина Чванина
kazanocheka

Cтихи Ксении Некрасовой

Автор - Звон_Рун. Это цитата этого сообщения
Cтихи Ксении Некрасовой


Хочу подарить вам небольшой подарок - стихи Ксении Некрасовой. Мне кажутся они такими живыми, каждое слово....может и вам придутся по душе.


 

Это не небо,
а ткань,
привязанная к стволам,-
голубая парча
с золотыми пчёлами
и россыпью звёзд 
на древесных сучках...  

 

 


 

РУССКИЙ ДЕНЬ

И густо снег летел из туч...
И вдруг зари багровый луч
поверхность мглистую задел -
сугроб в тиши зарозовел,
старинным серебром отяжелели
на бурых бревнах
шапки крыш,
и небеса, как васильки, 
вдруг синим цветом зацвели,
и мощные стволы
вздымались из снегов,
пронзая прутьями сучков
оплыв сияющих сосулек.
И восхищённый взор мой ликовал,
и удивлений дивный трепет
чуть-чуть покалывал виски,-
и плакать можно,
и писать стихи.

 

Вон крестики сорочьих лап,
как вышивки девичьи на холстах...

 

И предо мной предстал народ,
рожденный в ярости метелей
и от младенческих мгновений
и до белеющих седин
живущий чуткой красотою.

 

Храните родину мою!
Ее берёз не забывайте,
её снегов не покидайте.



Изба

В доме бабушки моей
печка русская медведицей,
с ярко-красной душой -
помогает людям жить:
хлебы печь,
да щи варить,
да за печкой
и на печке
сказки милые таить.

 


 

 


Когда стоишь ты рядом, 
я богатею сердцем,
я делаюсь добрей
для всех людей на свете,
я вижу днем -
на небе синем - звёзды,
мне жаль ногой 
коснуться листьев жёлтых,
я становлюсь, как воздух,
светлее и нарядней.
А ты стоишь и смотришь,
и я совсем не знаю:
ты любишь или нет.

 

 



Из года в год 
хожу я по земле. 
И за зимой зима 
проходит под ногами. 
И день за днём гляжу на снег 
и наглядеться не могу снегами... 
Вот и сейчас 
на черностволье лиц 
снег синий молнией возник. 



О, сердце у людей, живущих здесь, 
должно она любезным быть 
от этих зим. 
Прозрачным быть оно должно 
и совесть белую, как снег, 
нести в себе. 



Шёл белый снег 
на белые поляны. 
И молнии мерцали на ветвях... 


 

 

 


РАЗДУМЬЕ
 
На столе открытый лист бумаги, 
чистый, как нетронутая совесть. 
Что-то запишу я в памяти моей?... 
Почему-то первыми на ум идут печали, 
но проходят и уходят беды, 
а в конечном счете остаётся 
Солнце, утверждающее жизнь.

 


 

 

СТИХИ О ЛЮБВИ 

Твоей руки 
коснулась я, 
и зацвела сирень... 
Боярышник в сквере 
Большого театра 
цветами покрыл шипы. 
Кратчайший миг, 
а весна на весь мир. 
И люди прекрасней ветвей 
идут, идут, 
излучая любовь, 
что в сердце зажглась в моём... 

 



 

УТРЕННИЙ ЭТЮД 

Каждое утро 
к Земле приближается Солнце 
и, привстав на цыпочки, 
кладёт лобастую обветренную
голову на горизонт 
и смотрит на нас - 
               или печально, 
                                     или восхищенно, 
                                                         или торжественно. 

 


И от его близости Земля обретает Слово. 
И всякая тварь начинает слагать в звуки 
                              восхищение души своей. 
А неумеющие звучать 
дымятся синими туманами. 

А солнечные лучи 
начинаются с Солнца 
и на лугах оканчиваются травой. 
Но счастливейшие из лучей, 
коснувшись озер, 
принимают образ болотных лягушек, 
животных нежных и хрупких 
и до того безобразных видом своим, 
что вызывают в мыслях живущих 
ломкое благоговение. 
А лягушки и не догадываются, 
что они родня Солнцу, 
и только глубоко веруют зорям, 
зорям утренним и вечерним. 
А еще бродят между трав, и осок, 
и болотных лягушек 
человеческие мальчишки. 
И, как всякая поросль людская, 
отличны они от зверей и птиц 
воображением сердца. 

 


И оттого-то и возникает в пространстве 
между живущим и говорящим 
и безначальная боль, 
и бесконечное восхищение жизнью. 

 

 

РУССКАЯ ОСЕНЬ 

За картошкой к бабушке 
ходили мы. 
Вышли, а на улице теплынь... 
День, роняя лист осенний, 
обнажая линии растений, 
чистый и высокий, 
встал перед людьми. 


Всякий раз 
я вижу эти травы, ели эти 
и стволы берёз. 
Почему смотреть не устаёшь 
миг, 
           и час, 
                   и жизнь 
                                        одно и то же?... 

 


О! Какие тайны исцеленья 
в себе скрывают русские поляны, 
что, прикоснувшись к ним однажды, 
ты примешь меч за них, 
и примешь смерть, 
и вновь восстанешь, 
чтоб запечатлеть 
тропинки эти, и леса, 
и наше небо. 

 

 

Я полоскала небо в речке
и на новой лыковой веревке
развесила небо сушиться.
А потом мы овечьи шубы
с отцовской спины надели
и сели
в телегу
и с плугом
поехали в поле сеять.
Один ноги свесил с телеги
и взбалтывал воздух, как сливки,
а глаза другого глазели
в тележьи щели.
А колеса на оси,
как петушьи очи, вертелись.
Ну, а я посреди телеги,
как в деревянной сказке, сидела.

 

 

 

ПЕСНЯ 

Люди, 
         а люди! 
Знаете ли вы 
русскую песню, 
когда сердце её
облегла тоска 
и бытья бесконечная степь 
изрезана дорогами неудач? 
И в грусти несказанной, 
           неизмеренной, 
неисхоженной, 
сидит русский 
и поёт свою песню... 

 

Но  если душа твоя 
с птичий носок, 
а мысли твои 
с вершок, 
если жизнь 
как нора ужа - 
не видать тебе 
песни лица. 

 

А видели ли вы, 
когда гневы идут 
по сердцу её? 
В шлемах свинцовых, 
в сапогах, в подковах, 
на железных конях, 
в ременных крестах 
несут гневы 
русские кары 
в стальном штыке, 
в большом кулаке, 
в меткой пуле, 
в заряженном дуле. 
Идут гневы русские 
без дорог проторенных, 
без тропинок сеченых 
по степям душ наших. 

 

Но если душа твоя 
с птичий носок, 
а мысли твои с вершок, 
если жизнь как нора ужа - 
не видать тебе 
песни лица. 

 

А восхищались ли вы, 
когда русской песне 
море по колено? 

...запоёт гармонь, 
я взмахну платком, 
небеса в глазах 
голубым мотком. 
А народ кругом 
на меня глядит. 
Голова моя 
серебром блестит.   

 

 

 

МЫСЛИ 

Шла по Пушкинскому скверу,- 
вокруг каждая травинка цвела. 
Увидала юношу и девушку - 
в юности лица у людей бывают 
как цветы, 
и каждое поколение 
ощущает юность свою 
как новость... 

 

 


Как мне писать мои стихи? 
бумаги лист так мал. 
А судьбы разрослись 
в надширие небес. 
Как уместить на четвертушке небо? 

 

 

 

О лес! 
Опять я у твоих корней, 
склонясь, 
разглядываю травы. 
И без раздумья - 
                           все оставив - 
иду по тропам 
                     средь весны, 
и ощущения мои 
повисли надо мной шатрами 
зелёно-пепельной листвы... 

 

 

Под вечер Солнце соками земными 
из рек дымящихся 
и радужных озёр 
досыта напилось, 
и, бражности не выдержав земной, 
оно шатнулось раз, другой 
и село, 
вытянув лучи, 
на край приятнейшей земли. 

 



 

Сгущались сумерки в садах, 
и небо 
синее, как папиросная бумага, 
натянутое на обруч горизонта, 
на яблоневый снежный цвет 
бросало тень. 

 

Ах, эти яблони в цвету 
у белых хат... 
Их ветви в лепестках 
напоминают мне Урал, 
засыпанный сугробами, 
увязнувший в снегах. 

 

Да, был вечер. 
Без слов, без звуков. 
Лежала дума на челе 
успокоенной тишины. 
О чём? 

 

Не надо слов. 
Имей большое сердце, 
и ты поймешь величие полей, 
величие Земли. 

 

Косились в сторону 
из окон огоньки. 
И в их лучах, 
как слезы ребятишек, 
роняли ветки наземь 
свои вишнёвые цветы 

 

 

АРХЕОЛОГ 

Подошвы гор погружены 
в тенисто-пышные сады. 
В спортивной клетчатой рубахе 
на камне юноша сидит. 
Лежат лопаты перед ним 
и черепки 
                от выветренных царств. 
А он на камне всё сидит 
и всё забытые стихи 
на древнеалом языке 
задумчиво поёт. 

 

 

Слова мои - 
                  как корневища. 
А мысль - 
                как почвы перегной. 
Как сделать мне, 
чтоб корневище ствол дало 
и кончиками веток зацвело?... 

 

 

ДЕНЬ 


 
С утра я целый день стирала, 
а в полдень вышла за порог 
к колодцу за водой. 
От долгого стояния в наклон 
чуть-чуть покалывало поясницу 
и руки от движенья вдоль 
ломило от ладоней до плеча. 

 

А в улице лежала тишина, 
такая тишина, 
что звук слетающих снежинок 
был слышен гаммой, 
как будто неумелою рукою 
проигрывает малое дитя: 
слетают до и ля 
и звёздочками покрывают Землю. 

 

Напротив домики 
в снегурочных снегах стояли, 
и опадающие листья 
казалися 
как полушубки в заячьих мехах. 
И ягоды краснеющей рябины 
одел в чепцы холстиновые 
                                            иней. 

 

В середине улицы 
косматая собака 
валялась на снегу 
уставив в небо нос. 

 

Я цепь к ведру веревкой привязала 
и стала медленно 
спускать валек. 

И надо всем стояла тишина. 
1946   


Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments